Солист филармонии Дмитрий Ганин: на свете столько хорошей музыки, которую хочется исполнить!

    Фото:  

    Новый герой нашего спецпроекта #Планета_Кемерово – солист Государственной филармонии Кузбасса Дмитрий Ганин. Тенор, блестяще исполняющий оперные арии, русские и итальянские народные песни, талантливый композитор и аранжировщик. И хотя он не коренной кемеровчанин, наш город давно стал для Дмитрия судьбой, а ещё с кузбасской столицей певца связывает давняя семейная история…

    – Многие кемеровчане знают тебя в качестве вокалиста и бывали на твоих концертах, но насколько я понимаю, это не единственное направление твоей работы в филармонии?


    – У меня два больших направления. Во-первых, да, я являюсь солистом. Во-вторых, я композитор-аранжировщик.


    Часто случаются ситуации, когда, например, оркестр должен исполнить известную песню 70-х годов. Но вот беда – нет партитуры, без которой дирижёр не сможет разучить песню с музыкантами. Тут за дело берусь я. Пишу партитуру, включающую в себя все необходимые партии. Или есть ноты, но только для пианиста, а что делать остальным участникам оркестра? В общем, это творческая и ответственная задача: сделать так, чтобы все музыканты смогли слаженно и красиво исполнить произведение.

    Мне уже удалось создать партитуры практически для всех коллективов кемеровской филармонии. И даже победить в сибирском конкурсе аранжировщиков «Сибириада» в прошлом году – с обработкой для симфонического оркестра известного романса «Однозвучно гремит колокольчик».


    За время моей работы в филармонии, с 2013 года, у меня было много сольных концертов в разных форматах, с разными музыкантами. Мы отлично нашли общий язык с ансамблем скрипачей «Созвучие», объехали вместе половину Сибири с гастролями. Все партитуры для этого я написал сам. Сейчас в связи с пандемией у нас небольшое затишье, остаётся больше времени на то, чтобы сформировать задел на будущее. Очень много идей и проектов. На свете столько хорошей музыки, которую хочется исполнить! Плюс то, что я пишу, тоже хочется представить зрителю.

    – Трудно ли приходится артистам в период пандемии?


    – Мы работаем в дистанционном формате. То есть проходят обычные концерты с полноценным светом и звуком, мы выходим на сцену и исполняем программу от и до. Разница лишь в том, что делаем это перед пустым зрительным залом. Но на камеру. И зрители смотрят концерты в интернете, в прямом эфире либо в записи. На самом деле я рад, что мы живём в такое время, когда хотя бы такой вариант выступлений возможен.


    Конечно, немного не хватает обратной связи, живого зрительского отклика. Но я ведь осознаю, что публика всё равно на меня смотрит, просто находится по ту сторону незримого монитора. И по сути ничего не меняется – та же ответственность, тот же запрос на качество, эмоциональность, производимый эффект. Так что мои выступления сегодня не отличаются от обычных. Наконец, я твёрдо верю, что это временно, и строю планы на будущее (Дмитрий оказался полностью прав: филармония открывает свои двери для зрителей уже 15 октября! - прим. ред)

    – Сейчас ты полностью посвятил себя творчеству. Но в отличие от многих, кто начинает трудиться в филармонии сразу после училища или вуза, ты стал солистом в достаточно зрелом возрасте. Как вообще так получилось?


    – Начнём с того, что я и в Кемерово приехал жить, уже будучи взрослым человеком, в 1999 году. До этого успел пожить в Новосибирске, ещё раньше в Томске, где окончил школу и музыкальное училище по специальности «дирижёр хора». А родился я в интересном городе, который меняет название раз в 10 лет и сейчас называется Нур-Султан. Большинству он известен как Астана, а в моём паспорте записан как Целиноград Казахской ССР. В Томск наша семья перебралась, когда я был ребёнком. И кстати, с самого детства я слышал много хорошего о городе Кемерово. Дело в том, что здесь жил мой родной дядя Константин Николаевич Ганин. Он был музыкантом, серьёзным баянистом со множеством наград, работал во Дворце Труда. Это было время, когда народную музыку очень любили, было много самодеятельных коллективов. Затем судьба забросила его в Белоруссию. Будучи пенсионером, он часто приезжал к нам в гости в Томск, они с мамой обсуждали Кемерово, и в этих разговорах он представал как некий город-сад, уютный, зеленый, теплый…Так вышло, что я всегда был убежден, что тут очень хорошо жить, хотя, конечно, не мог и подумать, что однажды сюда переберусь и останусь насовсем. Переехать хотелось в столицу Сибири – так делали тогда все, так поступил и я.


    Но Новосибирск не слишком пришёлся по душе. Это достаточно большой город, шумный, почти мегаполис. А мне ближе города поспокойнее. Однажды знакомые предложили перебраться в Кемерово. И я решился. Помню, как меня вёз суровый водитель, который узнав, что я переезжаю в шахтёрский край, всю дорогу повторял: «Не, ну это ты молодец, это ты правильно сделал!».


    Все жители соседних регионов относились и относятся к Кузбассу с уважением. Некоторый снобизм новосибирцев я впервые ощутил только, когда приехал по приглашению как вокалист кемеровской филармонии. Перед репетицией дирижёр и музыканты смотрели на меня с улыбкой и слегка подшучивали, зато после того, как услышали мое исполнение, сразу взяли свои слова назад. А я им говорю: «Да вы не удивляйтесь, у нас на шахте все так поют!»

    – И чем ты занимался в Кемерове столько лет до филармонии?


    – В конце 90-х-начале 00-х я вообще не видел себя в творчестве. Можно сказать, отрицал эту часть себя. Хотелось совершенно другого – работать в офисе, в крупной компании, быть частью корпоративной культуры, добиваться значительных результатов и строить карьеру. Тогда это было модно – многие стремились воплотить собирательный образ успешного менеджера. И я устроился именно в такую компанию – огромную, с советскими корнями, занимавшуюся телефонной связью. Всё складывалось хорошо, я двигался по карьерной лестнице, возглавлял различные отделы. Потом наступило время, когда появились сотовые операторы с огромными рекламными бюджетами и зашкаливающим креативом. На обладателей первых мобильников смотрели как на рок-звезд. Глядя на коллег, мы тоже начали развивать маркетинг и рекламу внутри компании. Хотя, повторюсь, она была очень консервативной. Руководство придерживалось мнения, что сотовые телефоны – это временная блажь, а стационарная связь – на века. Но тем не менее, мы уже тогда экспериментировали с рекламой, искали современные решения, сотрудничали со СМИ. Помогало то, что я овладел навыками компьютерного дизайна, когда это ещё не было мейнстримом. Были удачные проекты. Например, аналоговая мобильная система «Алтай», телефоны устанавливались в автомобили. Как сейчас помню наш рекламный баннер: девушка с трубкой на фоне белой «Волги» и кемеровской передающей станции «Орбита»!


    Это тёплое время, душевное и искреннее. До появления брендбуков, корпоративных стилей, диктуемых федералами, креатив в регионах рулил. А в итоге многим сильным местным рекламщикам пришлось пожертвовать своими идеями ради требований Москвы, унификации рекламы. Когда это произошло, я понял, что моё творчество окончилось. И сменил направление работы. Занялся IT, внедрял интересные решения, когда в городе это ещё было мало развито. Да уж, в те времена можно было поладить с бухгалтером смежной организации, просто показав, как делается автосумма в Exсel, чтобы не приходилось вести расчёты на калькуляторе…


    После ряда IT-проектов я вновь начал искать новые горизонты. Я люблю создавать новое, запускать процессы и отлаживать их, а дальше становится не так интересно. После 10 лет работы в государственной компании я перешёл в самый известный на тот момент частный холдинг, где тоже занимался информационными технологиями. Увидел своими глазами, как отличаются процессы в бизнесе от аналогичных в госструктуре. Это ценный опыт.

    – Так возникла мысль открыть своё дело?


    – Вроде того. Вместе с двумя единомышленниками в 2012 году открыли собственный бар – абсолютно новый для города на тот момент формат коктейль-кафе. Хотели сделать заведение с изюминкой, предложить людям приобщиться к некой алкогольной культуре, оценить качественные ингредиенты, оригинальную подачу, уникальные сочетания вкусов, чтобы коктейль воспринимался как блюдо высокой кухни. Считаю, что нам это удалось. Мы вложили душу в помещение, реализовали массу идей в плане музыки: делали джазовые проекты с известными музыкантами, приглашали молодых рок-исполнителей, делали даже нечто вроде «Открытого микрофона», когда выступить могли все желающие.

    Это очень круто! Далеко не каждому в жизни доводилось открыть бар своей мечты, а у меня такой этап был.


    Но опять же со временем стало не так интересно ежедневно заниматься проектом, появились творческие цели. Эту страницу я тоже перевернул. А бар постепенно сменил формат, в нём появилась танцевальная музыка, потом пришла новая, более молодая аудитория, в конце концов произошёл ребрендинг.

    – А ты сосредоточился на музыке?


    – Примерно в этот же период меня пригласили работать в Государственную филармонию Кузбасса, я прошёл худсовет, начал выступать. В ноябре 2013 года состоялся мой первый сольный концерт, к которому я долго готовился, подбирал репертуар – в первую очередь итальянские песни и оперную классику. Помню, что в зале было невероятно много знакомых лиц. Зрители меня приняли, и я ощутил себя на своём месте.


    – Наверняка тебя звали работать в другие города?


    – Было несколько предложений. Например, из Новосибирска. Но ведь я там уже был. И уже делал выбор в пользу Кемерова. Мне нравится приезжать на гастроли, но место моё здесь. Эту точку зрения разделяет моя семья – жена Анна, детский врач, и трое детей. Им всем нравится жить в Кемерове. А на время пандемии мы поселились в деревне – у нас дом в Шевелях. Покой, речка, лес – красота! Мы не бросаем город, каждый день ездим на работу, но просто сейчас хочется быть поближе к природе.

    – Поближе к сибирским красотам?


    – Сибирские красоты – отдельная тема. В последние годы я очень полюбил отдых в России, а точнее, в Сибири, оценил его. Любимые места – юг Кузбасса, Алтай, Хакасия. Если потянет на море – поеду на Дальний Восток, на Тихий океан. Причём повсюду стараюсь находить места нетуристические, такие, где народу поменьше, а природа нетронутая. Вот уже пять раз побывал в уникальном месте Горной Шории – кузбасском Стоунхендже. Там такие загадочные образования вроде пирамид – не то естественные массивы, не то рукотворные. Есть мнение, что это следы недостроенных сооружений, оставшихся от древних цивилизаций. Однажды я нашёл в интернете первооткрывателя этих мест, который поделился со мной картой. Готовился, как к полёту на Луну, это был мой первый поход. Но всё оказалось не так страшно – всего один световой день пути даже для такого неподготовленного туриста, как я. Удивительное место со своей атмосферой. А какие там звёзды… Ну разве можно променять жизнь в Сибири, где рукой подать до таких заповедных уголков, на мегаполис?!

    – Возвращаясь к филармонии: сейчас много говорят о том, что культура входит в моду, в том числе у молодёжи. Как считаешь, правда ли, что сейчас зрители в Кемерове лучше воспринимают классическое искусство, чем 10-15 лет назад?


    – Да, абсолютная правда. Зрители, включая самых молодых, становятся более открытыми и заинтересованными. Для многих ходить в филармонию, театры – это обычная часть жизни, их не нужно заставлять, прививать культуру насильно, как это иногда делалось в прежние десятилетия. Поколение сменилось. Но и сами учреждения культуры становятся ближе к зрителю, мы постоянно работаем над качеством, что-то стараемся придумать и привнести. Я бы не называл это поиском новых форм. Как в анекдоте про дискотеку 90-х: когда диджея спрашивают, почему он на вечеринке в стиле 90-х опять включает «Вишнёвую девятку», опять этот «Modern Talking», он отвечает: «Ну знаете, новую музыку 90-х ещё никто не написал!» Классические формы вечны. Но и здесь можно отыскать изюминку. Вот недавно мы исполнили на концерте одну очень известную в России песню, только на итальянском языке, в моей аранжировке… Слушатели оценили!


    А недавно на сцене филармонии дебютировала моя дочь София – совместно с симфоническим оркестром исполнила на скрипке «Турецкий марш» Бетховена. Тоже знак того, что приходят новые поколения! И повод для радости и гордости.

    Скопироватьhttps://gazetakemerovo.ru/p/1101

    Загрузка комментариев

    НАШЛИ ОШИБКУ?

    Нашли ошибку в тексте — выделите нужный фрагмент и нажмите ctrl+enter.

    Мы в социальных сетях:

    undefined