Отто Грюнемейер: счастье – в людях, в детях, внуках…

    Ветераны КАРЗ (слева направо) Михаил Корнев, Григорий Прокопенко, Алексей Мезенцев, Отто Грюнемейер, Иван Колосницын, Илья Саблин, 1966 год.
    Фото:  

    Время быстротечно. Вот уже 55 лет исполнилось 9 января 2022 года со дня пуска Кемеровского авторемонтного завода «Сельхозтехника». Проходят годы, десятилетия, но память неизменно сохраняет имена тех, кто стоял у истоков предприятия. Всякое было в их судьбе: и хорошее, и не очень. Но в биографиях этих людей есть одно общее: все они ветераны завода. Основателем самой большой династии на заводе стал Отто Иванович Грюнемейер. Перед вами – очерк о его судьбе, написанный кемеровчанином, автором книги «Наше время состоит из нас. Очерки истории Кемеровского авторемонтного завода «Сельхозтехника». Годы. События. Люди» Александром Владимировичем Круковским.

    Ленинград

    Отто Грюнемейер вырос в Ленинграде в обычной для того времени трудолюбивой рабочей семье. После окончания семи классов поступил в ФЗУ – школу фабрично-заводского ученичества. Два года обучения для него не пропали даром: он усердно постигал науку металлообработки на станках, был в числе лучших курсантов, получил рабочую специальность «токарь, слесарь, наладчик станочного оборудования». Одновременно успешно участвовал в спортивных мероприятиях только что утверждённой расширенной программы допризывной военной подготовки. Был физически вынослив, добивался неплохих результатов в своей возрастной группе. В дальнейшем именно эта выносливость помогла ему выжить в блокаду, сражаться в народном ополчении, до изнеможения работать в войну…


    В 1932 году началась его трудовая жизнь на Балтийском судостроительном заводе в Ленинграде. Здесь молодой рабочий получил трудовую закалку: вырос от ученика до станочника высокой квалификации, считался лучшим даже среди стахановцев. Без отрыва от производства Грюнемейер окончил двухгодичные курсы мастеров социалистического труда по передовым методам обработки металла. Выполнял самую ответственную работу, и уже через несколько лет об Отто Грюнемейере заговорили как о большом знатоке своего ремесла. Активный молодой человек, передовик, легко входил в контакт с молодёжью, поэтому был избран секретарём комсомольской организации механического цеха завода.

    Круг интересов комсомольцев был широким: организовывали воскресники по благоустройству города, вели земляные работы по прокладке труб для отопления заводского Дома культуры и отдыха для рабочих, занимались спортом, в профессиональном отношении подтягивали уровень отстающих молодых рабочих до передовиков. «Запевалой» во всех добрых делах был также Отто Грюнемейер. Параллельно он много читал. Была у него мечта – окончить вечерний судостроительный институт, открытый при заводе, без отрыва от производства.


    В личной жизни тоже всё складывалось нормально. Познакомился с девушкой – ему 23, ей 18. Расписались молодые в 20-ю годовщину Октября. Родились дети… Казалось, ничто не предвещало плохого. Но в мирное течение судьбы вмешалась война. Началась блокада Ленинграда.

    Блокада


    К директору судостроительного завода в числе других молодых активистов вызвали Отто Грюнемейера – на заводе нужно было организовать народное ополчение. В течение месяца в свободное от смен время ополченцы обучались строевой и военной службе, жили на казарменном положении, рыли окопы на территории завода. Добровольцам выдали форму и винтовки. В любое время они готовы были отразить нападение врага на завод. Несколько раз ополченцев возили на земляные работы по укреплению оборонительных рубежей на подступах к Ленинграду, под Лугу.


    На всю жизнь запомнились Грюнемейеру холод и голод в блокаду Ленинграда. Как постоянно хотелось есть. Как страшные вещи соседствовали с проявлениями невероятного героизма жителей…


    Позже Отто Иванович вспоминал, как по соседству в Ленинграде жил одинокий, уже в годах мужчина. Его сыновья были на фронте. От своей квартиры ключи дал – просил, чтобы периодически заглядывал-проведывал: живой, нет? Однажды Грюнемейер зашёл – тихо. Умер от голода, как и многие. Под кроватью чемодан стоит, заглянул – в нём полно солёного сала. Ни кусочка не съел, всё для детей берёг, ждал, когда вернутся. Отто рассказал коменданту обо всём, передал ключи.


    Его жена, Александра Алексеевна, работавшая с начала войны телефонисткой по призыву молодёжи, вспоминала, как во время бомбёжек загорелись Бабаевские продовольственные склады – государственный резерв. Сгорело всё дотла. И люди долго ещё ходили на это место, скребли землю, пропитанную горелым сахаром, маслом, собирали и ели…


    После взятия города в блокадное кольцо предприятия продолжали выпускать оборонную продукцию. Отто Грюнемейер наравне с другими на токарном станке точил заготовки для снарядов. Домой не уходили, ночевали в цеху, чтобы беречь силы. От недоедания валились с ног. Однажды с ним случился голодный обморок – упал прямо у станка, увезли в больницу.


    В конце февраля 1942 года совсем ослабленного от голода Отто Ивановича эвакуировали из блокадного Ленинграда в сопровождении жены с грудным ребёнком на руках. К этому времени у Грюнемейеров от голода скончались двое малышей.


    Жившие в городе родители – Иоанн Иоганессович Грюнемейер и Софья Павловна Ланко – пропали без вести. По льду Ладожского озера – единственной дороге, связывавшей Ленинград с Большой землёй, – под обстрелом немецких зениток грузовики, знаменитые «полуторки», шли гуськом друг за другом, след в след, загруженные сидящими и полулежащими людьми. Неожиданно начался массированный обстрел ледовой дороги. Шедшая следом машина от прямого попадания быстро ушла под воду, окатив брызгами всё вокруг. Грузовик, на котором ехали Грюнемейеры, от мощного взрыва оказался в воде, едва зацепившись колёсами за твёрдую поверхность. Александра Алексеевна что было сил вцепилась в выпавшего из кузова мужа и вытащила из воды. Спустя годы сколько раз спрашивала она себя, вспоминая: откуда только силы взялись у неё, 22-летней, измождённой от голода кормящей матери? Видимо, любовь оказалась сильнее смерти. Вот только не перенес падения в ледяную воду их маленький сын – на следующий день он умер. Все-таки не зря дорогу через Ладожское озеро сначала называли «Дорогой смерти», а уже потом она получила привычное нам сегодня, полное благодарности название «Дорога жизни».


    На фото: Выезд на лед "Дороги жизни", 1942 г.

    Фото: Государственный мемориальный музей обороны и блокады Ленинграда/образывойны.рф

    Кузбасс


    Больше двух недель на поезде добирались блокадники до Кемеровской области. Прямо с поезда увезли Отто Грюнемейера в госпиталь – одну из переоборудованных школ Кемерова – с диагнозом «дистрофия предпоследней степени», за которым обычно следовала смерть. Врачи госпиталя говорили потом, что если бы не жена, не её забота, если бы не свежие куриные яйца, которыми она поила его в пути, покупая-меняя их на какие-то вещи, то вряд ли молодой человек добрался бы живым до места…


    Почти месяц провалялся Отто в госпитале. Врачи вернули его буквально с того света, подлечили; при выписке рекомендовали свежий воздух, режим питания и лёгкий труд…

    С трудоустройством помог председатель райисполкома Тимофеев, оказавшийся земляком.


    Сначала Отто хотели направить на механический завод, но позарез нужны были специалисты такого профиля на Кемеровскую машинно-тракторную станцию, расположенную тогда еще в Куро-Искитиме (деревне, более известной под названием Плешки). Так Кузбасс стал для Грюнемейеров второй родиной.


    Обстановка на машинно-тракторной станции перед посевной была напряжённой. В мастерских и на усадьбе полно тракторов и сельхозинвентаря, но не хватало мужчин – все механизаторы и ремонтники ушли на фронт. Узнав, что по специальности Грюнемейер – слесарь-наладчик станочного оборудования, подвели его к старенькому, стоявшему несколько лет без движения токарному станку ДиП («догнать и перегнать») – трудовому символу первых пятилеток. Сутками Отто не отходил от станка, весь перебрал, нашёл и устранил неисправность. На этом станке Грюнемейер работал, выполняя по полторы-две нормы в день, а кроме того, успешно справлялся на шлифовальном и фрезерном станках.


    Запасных частей не было, заготовки отковывали в кузнице, отливали из алюминия и вытачивали детали, обрабатывали на станках поршневые кольца, поршни, заливали подшипники… Со временем никто не считался – работали по 18 часов в сутки. В годы войны Кемеровская МТС завоевала переходящее Красное знамя ВЦСПС как лучшая по ремонту тракторов в Кемеровской области. Многие рабочие были награждены правительственными наградами. Дважды представлялся и Отто Иванович как стахановец к наградам, но всякий раз это решение отклонялось, так как он находился на учёте по национальному признаку – немец. Такова трагедия советских немцев. Хотя был он коренной ленинградец, потомственный рабочий – отец из немцев-переселенцев, питерский рабочий одной из фабрик, появившихся на Руси ещё в петровско-екатерининскую эпоху.


    Лишь в 1955 году после реабилитации невинно осуждённых граждан и снятия ограничений со спецпереселенцев немцы были наделены статусом полноценных советских граждан. После этого О.И. Грюнемейера стали заслуженно поощрять: он был удостоен многих трудовых орденов и медалей, а в 1964 году его имя занесли в Книгу почёта работников системы «Облсельхозтехника».

    РТС и «Сельхозтехника»


    Сразу после приезда в Сибирь для жилья Грюнемейерам отвели место в бывшей конюшне, приведенной в надлежащий вид. Навсегда им запомнились люди – отзывчивые, чуткие, их сострадательное, человечное отношение к ленинградцам-блокадникам. Совсем незнакомые помогали кто чем мог, приносили необходимые вещи. Такого Грюнемейеры не ожидали и всегда вспоминали с благодарностью. Со временем обжились. Как переселенцы получили ссуду на строительство дома. В основном строились сами, а МТС помогала с доставкой материалов.


    Отто Иванович трудился день и ночь. Почти 20 лет он отработал в мастерских Кемеровской МТС и РТС токарем, шлифовщиком коленчатых валов, фрезеровщиком. Щедро делился с товарищами передовыми методами работы. За эти годы мастерами своего дела стали более 15 его бывших учеников. Среди них: шлифовщики Фёдор Иванович Давыденко и Виктор Силантьевич Рыженков, токари Александр Васильевич Ваганов, Михаил Рогов, Анатолий Лапин, Михаил Сафонов, Анатолий Дурнев, Пётр Мамонов, Пётр Печерин, Григорий Шуклин и другие. В начале 50-х годов его ученики, молодые токари-комсомольцы Михаил Рогов и Анатолий Лапин, стали инициаторами обработки деталей на повышенных скоростях не только на Кемеровской, но и на всех МТС области.

    Можно сказать, что Грюнемейер прожил не одну, а целых две трудовых жизни: первая началась в Ленинграде и продолжалась девять лет до самой блокады, вторая прошла уже в Кузбассе. Передовой рабочий, «вечный стахановец», Отто Иванович пользовался в коллективе авторитетом. Несколько раз избирался заместителем председателя и председателем местного комитета, а в конце 1960 года его выдвинули на новую ответственную должность – заведующего машинно-тракторной мастерской.


    Решение это с одобрением было воспринято как среди руководства, ИТР и служащих, так в рабочей среде. Коллектив видел в нём надежного товарища, готового прийти на помощь советом и делом, а еще – профсоюзного заступника в самых сложных ситуациях.


    Уже через год работа мастерской районного объединения «Сельхозтехника» изменилась в корне: перешли на передовой в стране бригадно-узловой метод ремонта тракторов без привлечения сельских механизаторов силами постоянных рабочих. В результате почти вдвое сократилось количество занятых на ремонте рабочих – с 70-75 до 40 человек.

    Фото: архив Александра Круковского

    За годы руководства ремонтной мастерской, ставшей в 1967 г. цехом завода, сложился дружный и опытный коллектив, способный ответственно решать возложенные на него задачи по ремонту сельскохозяйственной техники – зерноуборочных комбайнов, колёсных и гусеничных тракторов.


    С тёплым чувством Отто Иванович отзывался о многих членах коллектива, с которыми рука об руку прошёл более чем 30-летний путь. В нём удачно сочетались постоянная требовательность к себе и трогательно-бережное отношение к товарищам.

    Всегда оставаться человеком


    Работал Грюнемейер до 70 лет, последние десять лет – председателем завкома профсоюза. Образно говоря, до последнего жил «в полный рост». Уже выйдя на пенсию, приходил на завод, проходил по рабочим местам, живо интересовался делами коллектива. Любил вечерами во дворе перекинуться с соседями в картишки, «забить козла». Всегда что-нибудь затевал, любил шутить.


    Прожил достойную жизнь. Отдавая дань памяти ему, директор завода Л.И. Репин сказал: «Таких людей, как Отто Иванович, очень мало».


    В одну из последних встреч со мной, в редкую минуту откровенности Отто Иванович Грюнемейер сказал: «Я прожил трудную, но счастливую жизнь. А счастье – в людях, детях, внуках. Что было главным в жизни? Всегда быть и оставаться человеком при любых обстоятельствах».


    Человек беспокойного характера, большого трудолюбия, трудной и честной судьбы, требовательный и умелый организатор и вместе с тем внимательный к людям, добрый, искренний и искрящийся, светлый и негромкий – таким запомнился Отто Иванович Грюнемейер всем, кто его знал.


    На фото: 1-2. Территория бывшего завода «Сельхозтехника» – сегодня это Кемеровский завод металлоконструкций, 3. современный вид центральной улицы поселка РТС, 2021 год.

    Фото: Дмитрий Ярощук, Лора Никитина
    Автор: Александр КРУКОВСКИЙ

    Данный материал является фрагментом книги А.В. Круковского «…Наше время состоит из нас». Очерки истории Кемеровского авторемонтного завода «Сельхозтехника». Годы. События. Люди».

    Скопироватьhttps://gazetakemerovo.ru/p/2812

    Загрузка комментариев

    НАШЛИ ОШИБКУ?

    Нашли ошибку в тексте — выделите нужный фрагмент и нажмите ctrl+enter.

    Мы в социальных сетях:

    undefined