Будни медицинского авангарда: как работает кемеровская скорая помощь в дни CoVID-19

    Фото:  

    28 апреля считается в России Днём работников «Скорой медицинской помощи». Правда, пока этот праздник не числится в ряду официальных, закреплённых документально. А потому и отмечается он довольно скромно, без пафоса – точно так же, как работают сами герои торжества. По нашему мнению, ключевое слово здесь – герои.

    Набирая номер главврача Кемеровской станции «Скорой медицинской помощи», мы, если честно, просто рассчитывали взять у него контакты одного из наиболее заслуженных сотрудников – для очерка.

    – Выделить никого не могу, – отрезал Сергей Николаевич Киреев. – Скорая – это коллективный труд. Приезжайте и посмотрите сами.

    Отказываться не стали. Провести час-другой на главной подстанции скорой помощи областного центра – настоящая журналистская удача. Тем более сейчас, в период борьбы (читай: войны) со страшным врагом под названием COVID-19, невидимым и неосязаемым. Линию обороны держат врачи, фельдшеры, медсестры, водители. Сегодня они – настоящие бойцы и офицеры этой войны. И первыми встречают коварного врага при экстренных вызовах сотрудники «скорой».

    Забегая вперед, отмечу, что подобные метафоры в отношении себя никто из сотрудников станции скорой помощи не воспринял всерьез. Намеки на «военно-полевую» тему вызывали у наших собеседников лишь чуть снисходительную улыбку: журналисты, мол, все им подвиги подавай… А мы просто работаем – как всегда: выезжаем, оцениваем ситуацию, помогаем. При необходимости – транспортируем в стационары. Коронавирус коронавирусом, но ведь и остальные заболевания тоже никто не отменял…


    Самая большая подстанция


    На Главную подстанцию Кемеровской станции «Скорой медицинской помощи», что на улице Волгоградской, 39, команда газеты «Кемерово» прибыла утром в пятницу. Встретила нас заведующая подразделением Ирина Викторовна Булгакова. Знакомство с ведомством начали с его истории.

    Оказывается, для нашей станции «Скорой помощи» и 2019-й, и 2020-й – юбилейные годы. Учреждение в Кемерове образовалось еще в 1934 году (в минувшем году сотрудники праздновали серьезную дату – 85 лет!). Черты же современной службы кемеровская «Скорая помощь» начала обретать в послевоенные годы и к 1970-м разрослась до семи подразделений. В 1995-м после проведенной реорганизации были образованы три подстанции: Центральная, которая базируется на ул. Н. Островского, 24, Правобережная – на улице Рутгерса, 39«а», и Главная подстанция, которая тогда же заехала в специально построенное здание на улице Волгоградской, 39. Так что в этом году она отметит свое 25-летие.


    Фото:  

    – До реорганизации мы существовали в разных местах. Базировались, например, на Октябрьском проспекте, а одно время даже на первом этаже жилого дома на 9-м Января, – вспоминает Ирина Викторовна.

    Сегодня у Главной подстанции в городе и самая большая зона ответственности. Подразделение обслуживает всю территорию Ленинского района, микрорайоны ФПК и Южный, Заискитимскую часть Заводского и Центрального районов, а также пригородные поселения – до деревни Береговой включительно. Почти 50% от всех вызовов по городу выполняет именно она.

    С чего начинается «скорая»?

    Принимают звонки от всех кемеровчан в единой диспетчерской, что расположена в том же здании на Волгоградской. В гости к специалистам наведались первым делом. В просторном, современно оборудованном помещении на суточное дежурство заступили пять фельдшеров по приему вызовов. Рабочее место у каждого свое. Здесь же дежурят старший врач, который в течение суток руководит работой всей станции, и диспетчер направления, который распределяет вызовы по свободным бригадам, выдает путевые карточки и оповещает персонал по громкой связи.


    – Самое сложное в моей работе – когда идет одновременно большое количество звонков. Распределять их становится труднее, нередко происходят задержки, люди нервничают, – рассказывает Наталья Гусева, фельдшер по приему вызовов с семнадцатилетним стажем. – Сегодня день относительно спокойный, в работе только 57 вызовов по городу (на период с 10:30 до 11 утра. – Прим. авт.). И традиционно львиная доля звонков – по району ответственности нашей подстанции, – успевает сказать Наталья и тут же возвращается к работе.

    – Супружеская пара, выпившие. Хотят, чтобы их проверили на COVID-19, – объясняет диспетчер бригаде, которая уже готовится к выезду.

    А Ирина Викторовна грустно констатирует: мол, таких звонков от неадекватных товарищей хватает, и бригада, конечно, поедет, «потому что отказать в помощи мы не имеем права». Впрочем, количество ложных вызовов, то есть тех, где помощь специалистов не нужна, в дни эпидемии не увеличилось – скорее они поменяли тематику. Цена же такой «шалости» осталась прежней: чье-то здоровье или даже жизнь.

    – У нас горожане по-прежнему любят вызывать «скорую», не разобравшись. Увидели – человек лежит, и сразу звонят. Бригада приезжает, выясняет, что товарищ просто задремал во хмелю и помощь ему не нужна, – делится заведующая подстанцией. – А где-то, к примеру, в это же время ждёт помощи 13-летний мальчуган, больной астмой. Сегодня на весь город работает 31-32 бригады, а звонков поступает в иные сутки до 500. Одна бригада в среднем делает по 13-14 выездов в сутки, в сложные дни – порядка 20. Специалисты в автомобилях живут практически.

    Утро минувшей пятницы выдалось, к счастью, не столь напряженным.

    – У меня пока не было ни одного ложного вызова за утро. Все по делу звонили, – пристали с расспросами в 45-минутный перерыв к другому диспетчеру, фельдшеру по приему вызовов Полине Бородачевой. – В диспетчерской работаю три года. И порой бывает непросто, особенно когда человек на другом конце провода чрезвычайно возбужден или агрессивен. Делаем глубокий вдох и… слушаем, принимаем вызов, адекватно оцениваем информацию и стараемся успокоить. Мы же понимаем, что ситуации бывают разные, и люди эмоционально и психологически тоже разные, а помощь нужна всем.


    Сложная дилемма: скорость или безопасность?

    …На подстанцию вернулась бригада интенсивной терапии (по местной терминологии – БИТ). Новенький автомобиль, из плеяды закупленных областью для нужд «скорой» в этом году, сверкая белыми бортами с ярко-красной надписью, заезжает на территорию. Времени хватает лишь на то, чтобы фельдшер обновила медицинскую укладку (специальная оранжевая сумка с медикаментами и необходимым инвентарем), и спустя несколько минут бригада вновь отправляется в путь.

    – Не задерживайте нас, – строго говорит врач БИТ на попытку нашего фотографа успеть сделать хотя бы пару кадров, – у нас пациент-подросток без сознания, нужно срочно ехать.

    Время доезда «скорой» до пациентов – всего 20 минут. Однако этот интервал удается выдерживать не всегда в силу вышеизложенных причин, а теперь еще и в силу обязательных санитарных процедур, введенных на период пандемии.

    – Количество звонков в период эпидемии коронавируса у нас не увеличилось, но в самой их структуре стало значительно больше вызовов, связанных с ОРВИ и пневмониями, – поясняет Ирина Викторовна. – Пациентов с подозрением на CОVID-19 транспортируем в инфекционную больницу № 8 или в стационар областной больницы скорой помощи, что расположен в Кировском. А после абсолютно все машины, со всех подстанций, едут на обработку на дезостанцию (недалеко от Главной подстанции на Волгоградской. – Прим. авт.). Автомобиль обрабатывают дезраствором, потом дается 20 минут на экспозицию (чтобы препарат сделал свое дело), после этого машина прибывает к нам на подстанцию. Здесь наши уборщики выполняют финальную обработку, вытирают все насухо, проветривают салон и после обеззараживают автомобиль еще и специальной лампой «Дезар». Правда, мы просим, чтобы этот заключительный этап бригада делала уже во время выезда к пациентам, чтобы сэкономить хоть какое-то время.

    В дни эпидемии, как отмечают специалисты, значительно уменьшилось количество вызовов к детям, кемеровские мамы соблюдают режим самоизоляции, так что ребятишки и от сезонных недугов хорошо защищены. А вот звонков по поводу инфарктов, инсультов, гипертонии и прочих сердечно-сосудистых заболеваний по-прежнему много.


    «У нас температура! По коням!»

    БИТ выехала на срочный вызов, а мы продолжаем знакомиться со станцией. Ординаторские фельдшеров и врачей абсолютно не выглядят по-больничному. Здесь царит скорее домашняя атмосфера. Есть телевизор, шкафы для личных вещей, обеденная зона, диваны, где специалисты могут вздремнуть, если будет на то время. Фельдшерам линейной бригады Татьяне Колесниченко и Никите Кузьмину повезло улучить несколько минут для отдыха перед следующим вызовом. Интересуемся: что их вообще держит на такой напряженной работе с жестким распорядком?

    – Кто-то же должен людям помогать, – просто и лаконично отвечает Татьяна, фельдшером «скорой» она трудится уже 20 лет.

    – Романтика и адреналин держат, – говорит её молодой коллега. Никита на подстанции работает только год. – Нет, я серьезно. Каждый день, да что там день – каждый вызов что-то новенькое. Очень тонизирует!

    – Одиннадцатая бригада, на выезд, – раздается голос диспетчера Натальи по селектору, и наши герои отправляются спасать очередного пациента, да так стремительно, что мы еле за ними поспеваем.

    – О! Температура, – Татьяна читает на ходу путевую карту, – подозрительный на CОVID.

    – Вообще в категорию «подозрительных» пациентов мы сейчас относим практически всех, – поясняет Ирина Викторовна. – Диспетчер, когда принимает вызов, всегда спрашивает, есть ли (была) температура у человека, выезжал ли он за пределы Кузбасса, контактировал ли с заболевшими коронавирусом. Но доподлинно ведь знать мы не можем. Так что почти на всех выездах наши специалисты, прежде чем зайти в дом к пациенту, надевают средства индивидуальной защиты, включая специальный защитный костюм, который после выезда также дезинфицируется. К счастью, пока никто из наших сотрудников не заразился. Здоровье специалистов – один из важнейших приоритетов сейчас.


    Призвание спасать жизни

    Следующая наша остановка – отдел комплектации. Именно здесь формируют те самые оранжевые сумки – медицинские укладки для бригад.

    – Укладки сдаются после выездов. Здесь мы их разбираем, обрабатываем и заново собираем все необходимое: лекарства, медицинский инвентарь. Комплектация всех сумок идентичная, – знакомит со своей вотчиной специалист отдела комплектации с 22-летним стажем Ирина Алексеевна. – И здесь же, заступая на смену, бригады получают укладки вместе с другим стандартным оборудованием: кардиографами, небулайзерами и прочим.

    Заметив, как мы с фотографом переглянулись – мол, какие в «скорой помощи» сотрудники, сплошь с приличными стажами, – Ирина Викторовна поясняет:

    – У нас это в порядке вещей. Большинство врачей и фельдшеров «скорой помощи» – специалисты высшей категории с большим опытом работы. В «скорой» такая практика, здесь либо надолго не задерживаются вообще, либо остаются навсегда.

    Сделав паузу, словно размышляя, стоит ли дальше объяснять нам очевидные для неё самой вещи, Ирина Викторовна всё же добавляет:.

    – У врачей ведь много разных профилей, можно принимать пациентов в уютном кабинете, можно в стационаре работать. А к нам идут люди особого склада, готовые работать «с колес» сутками, при необходимости жертвовать своими нуждами ради спасения жизни. Готовые к самым разным и порой не самым приятным ситуациям и пациентам.

    Причем выслуга лет в работе «скорой» – ресурс вполне «здоровьесберегающий», большинство бригад – сработавшиеся коллективы, действуют как единый организм.

    – Время редко бывает на нашей стороне. Счет очень часто идет на минуты. Так что взаимопонимание должно быть абсолютное. Врач кивнул, пальцами щелкнул, глазом моргнул – фельдшер тут же подал или сделал то, что требуется, – поясняет Ирина Викторовна. О таком единении заведующая подстанцией знает не понаслышке. До того как занять руководящий пост в 2013-м, сама трудилась врачом «скорой».

    – Работа заведующего – это, конечно, уже совсем другое. Здесь много администрирования, нужно же организовать деятельность целого подразделения. Мы со старшим фельдшером и график выхода на работу для сотрудников составляем, планируем отпуска, вакцинации, медосмотры и прочее. Проводим инструктажи для новых специалистов. Всячески создаем плацдарм для эффективной работы наших сотрудников, а на этом поприще дел всегда хватает, – подытоживает Ирина Булгакова.

    … По селектору вновь объявляют: бригаде на выезд, а следом уборщикам – пройти на обработку прибывшего с дезостанции автомобиля, главного фельдшера просят пройти в ординаторскую. Из диспетчерской доносится: «Вызов принят. Ожидайте, бригада выехала к вам».

    Жизнь на Главной подстанции идет своим чередом. Все процессы отлажены до автоматизма. С удивлением отмечаем, что воздух здесь не пропитан напряжением. Работа ведется профессионально, сосредоточено и спокойно. И можно быть уверенным на все сто, помощь обязательно придет.


    История оказания помощи обездоленным, пострадавшим от увечий или болезни людям в России уходит корнями в XV век и связана с деятельностью благотворителей, а также богаделен при церквях и монастырях.

    Появление же службы «Скорой медицинской помощи» в нашей стране относится к концу XIX века – 28 апреля 1898 года приказом Московского обер-полицмейстера за двумя полицейскими участками в Москве было закреплено по одной карете «скорой помощи» и для медиков было выделено отдельное помещение. Дежурили круглосуточно. Пострадавших от несчастных случаев доставляли в приемные покои при полицейских домах. Фактически были учреждены первые станции «Скорой помощи».

    Скопироватьhttps://gazetakemerovo.ru/p/895

    Загрузка комментариев

    НАШЛИ ОШИБКУ?

    Нашли ошибку в тексте — выделите нужный фрагмент и нажмите ctrl+enter.

    Мы в социальных сетях:

    undefined